Монтень в «Опытах» пересказывает Эпикура и говорит вещь, которая меня всегда немного останавливает. Тревога не готовит нас к удару или к будущей войне. Не помогает нам избежать неприятностей, подстелить соломки. Она просто съедает настоящее, притворяясь, что делает что-то полезное.

Со временем вообще странная история. Оно кажется самым реальным из всего, что есть: тело стареет, поезда уходят, назад ничего не откатывается. Но попробуй нащупать время как вещь. Ты его не встретишь в реальном мире. Встречаешь движение, изменения, следы. В физике время удобно как способ сосчитать скорость или расстояния, мы договорились так описывать мир, чтобы он был понятен. Но это договорённость, не сама реальность.

В духовной жизни время часто становится клеткой не потому, что оно есть, а потому что мы сами её строим. Прошлое живёт в памяти и умеет мучить. Будущее живёт в ожидании и умеет пугать. И получается, что человек сидит в комнате, а ум всё время бродит в местах, которых нет.

Тут есть одна жёсткая ясность. Единственное место, где возможно что-то живое, это сегодняшний момент. Любовь, честность, примирение, молитва, работа, благодарность. Всё это происходит только сейчас. Не вчера и не завтра.

Поэтому вопрос о том, реально ли время в духовном смысле, я бы перевёл проще. Реально ли моё бегство из настоящего. Потому что чаще всего именно оно и есть причина несвободы.